Древность

Под Кулебаками возле речки Шилокши возможно зарыт пугачевский клад


Отряд пугачевцев ограбил в наших местах транспорт сибирского золота, состоявший из двенадцати троек лошадей. Или в этой истории не всё так просто? Материал паблика Краеведческий клуб/Кулебаки.

 

В широко известной легенде рассказывается о том, как в 1773–1774 годах, во время крестьянского восстания под предводительством Емельяна Пугачева, в дремучем лесу возле озера Кутюрева (г.о. Навашинский - прим. Кулебаки.RU), в пяти верстах от села Давыдова, располагался один из пугачевских отрядов, которым командовал некий Суюль (вероятно башкир). Еще ближе к селу жил со своими сообщниками его ближайший помощник Савой. Оба они были, по устным преданиям, высокие ростом, широкоплечие молодцы, оба носили за поясами широкие ножи, в руках пики, а на головах барашковые шапки. Жили Суюль и Савой со своими братьями-разбойниками в шатрах, раскинутых в лесу и покрытых лошадиными попонами; перед шатрами постоянно курились костры.

Согласно легенде, жителям села Дальнего Давыдова никуда нельзя было в то время надолго отлучаться из своих домов, так как «пугачевцы», сразу же узнававшие о каждой отлучке мужиков из села, во время их отсутствия уводили из села лошадей, резали коров, брали соты из ульев. Нередко обижали они также женщин и детей, а тех, кто осмеливался сопротивляться открытому грабежу, мучили или даже убивали.

В другой раз отряд пугачевцев, возглавляемых Суюлем и вооруженных вилами, чекушками, косами и просто дубинами, под Кулебаками, у речки Шилокши, напал на состоявший из 12 троек и идущий из Оренбурга в Москву через Муром транспорт сибирского золота. Охранная стража была положена на месте, а золото и серебро разбойники возможно закопали в горе возле речки Шилокши, не то опустили на дно озера Кутюрева. Уже и в наше время находилось немало охотников это золото отыскать.

 

Эту версию более развернуто описывает кладоискатель Александр Косарев в своем интернет-труде «Заметки кладоискателя. Выпуск №15»:

«...Город Оренбург неуклонно рос со времен правления Елизаветы Петровны, превращаясь в центр сосредоточения не только государственной власти, но и крупного торгового и промышленно-ремесленного капитала. Разумеется, во время реальной угрозы, вызванной приближением «пугачёвцев», под ударом оказалась весьма значительные денежные средства, имевшиеся в городе. В описываемое время губернатором был Иван Андреевич Рейнсдорп, генерал-поручик, участник Семилетней войны, бывший комендант Кенигсберга. Именно ему пришлось готовить город к осаде и выдерживать саму осаду с 5 октября 1773 года по 23 марта 1774 года. И хотя особыми воинскими подвигами он не отличился (был крайне пассивен и осторожен), Рейнсдорп был вскоре награждён Екатериной II орденом Святого Александра Невского! За что же ему была дарована столь высокая награда?

Поскольку силы восставших были беспрецедентно велики, и они уже взяли под полный контроль громадные территории Империи, то оказавшись перед перспективой окружения и решительного штурма города, губернатор Оренбурга очень предусмотрительно озаботился сохранностью вверенных ему государственных, и как мне представляется, ещё и значительных личных средств местных олигархов. А поскольку во все времена считалось, что материальные ценности лучше всего заблаговременно вывезти из районов возможных боевых действий, то и многоопытный Иван Андреевич видимо решил поступить так же.

Им была оперативно сформирована колонна из двенадцати подвод, в каждую из которых была впряжена тройка лошадей. О чём нам говорит данный факт? Прежде всего о том, что перевозимый груз был достаточно тяжёл, но так же о том, что двигаться данная колонна должна была с максимально возможной скоростью. Кроме того подводы сопровождал конный отряд профессиональных военнослужащих! Какой же груз могли транспортировать подобным образом? Со слов моего корреспондента получалось, что вовсе не для перевозки Екатерининских пятаков снаряжалась целая секретная экспедиция. В Москву намеревались доставить золотую и серебряную монету, а так же изделия, пригодные для производства наличных денежных средств. Такая вот вырисовывалась первоначальная версия этого стародавнего события.

Тройка лошадей без особых усилий может перевозить до полтонны груза, таким образом, 12 подвод могли спокойно перевозить три с половиной или даже четыре тонны звонкой монеты!

Путь от Оренбурга до Москвы более полутора тысяч километров. На таком длинном пути возможны неожиданности, особенно во времена масштабных народных бунтов. И эти неожиданности произошли примерно посреди части их маршрута, словно как по заказу. Тысячные толпы мятежников бродят по всей территории губернии. Их многочисленные конные сотни грабят идущие по дорогам караваны и не сегодня завтра возьмут Оренбург в плотное кольцо окружения. Ведь сделать это было проще простого, поскольку город и без того был фактически зажат между двумя реками! Не подлежит сомнению то, что многоопытный Иван Андреевич (который, кстати сказать, послужил для А.С. Пушкина прообразом генерала Андрея Карловича, в романе «Капитанская дочка») был весьма озабочен судьбой имевшихся в его распоряжении государственных ценностей. Но стал ли он их отправлять в столь длительное путешествие, недальновидно понадеявшись на небольшой отряд вооружённой охраны? Большие сомнения! По донесениям комендантов подведомственных ему крепостей он хорошо представлял себе истинный размах мятежа и чётко понимал, что на выставленные им пару сотен верховых восставшие легко смогут выставить и тысячу, и две.

Вероятно он придумал гениальный ход. Понимая, что в небольшом провинциальном городе ничто не останется незамеченным, начинается демонстративная подготовка широкомасштабной транспортной операции. Снаряжается 12 троек! С «неизвестной» целью собираются по всему городу окованные железом сундуки и готовятся два десятка конных городовых для исполнения некоей «секретной» миссии.

Столь масштабные и в определённой степени демонстративные приготовления не могли не остаться незамеченными агентурой восставших. Вспомним легенду в которой говорилось что не один, а целых два отряда «казаков» Суюля и Савоя поджидали заветный обоз! Они его ждали именно там, где было нужно им, а отнюдь не скакали вслед обозу, в надежде догнать и атаковать его в чистом поле. Две шайки вольготно и не особо скрываясь, расположись достаточно далеко от Оренбурга. Почему так? Представляется, что в том был особый смысл. Произвести нападение удобнее тогда, когда охрана (поначалу особо бдительная) по прошествии нескольких дней пути уже утомилась и внутренне расслабилась (а что волноваться-то, если ничего не происходит?). А находящиеся в засаде всадники наоборот, отдохнули и всесторонне подготовились к решительной атаке. Они заранее заняли удобную для нападения позицию, а высланные вдоль дороги дозоры регулярно сообщают о графике движения обоза, облегчая им общее планирование нападения.

Если осмотреть на карте участок, на котором было произведено то нападение, можно понять, что подобран он был со знанием дела. Обоз, растянувшийся на лесистой местности не менее чем на полкилометра, преодолевает мост через небольшую речку (Шилокшу). Поскольку после него приходится двигаться в гору, лошади невольно переходят на шаг и общая длина конвоя постепенно сокращается до полутора сотен метров. И именно в этот момент на них лавиной обрушиваются нападающие. С двух сторон, сверху, на большой скорости они выскакивают из окружающих дорогу кустов и превосходящими силами нападают на заранее распределённые цели. Всё кончено в течение какой-то минуты. Охрана и ездовые перебиты стрелами или порублены саблями и тройки захвачены без больших потерь со стороны нападавших. В тот же самый момент особая группа налётчиков поджигает мост через реку (Шилокшу), если уж не предотвращая совсем, то крайне затрудняя подход возможных подкреплений с востока. Но что происходило далее? Как же повели себя участники столь дерзкого налёта в одночасье став обладателями вроде как несметных сокровищ? Это самый интересный для нас момент.

Далее по легенде говорится, что два отряда разбойников только для того и собрались, чтобы ограбить царский обоз, а ценную добычу поскорее закопать, видимо для того, чтобы через несколько сотен лет народу было что искать. Подобное поведение налётчиков кажется напрочь лишённым какого-либо практического смысла. Ну, предельно понятно, что всадникам было не с руки везти тяжёлые ящики, каждый из которых по весу мог достигать 150 кг. Но не будем забывать о том, что эти люди собрались вблизи Кулебак только и исключительно для того, чтобы не только захватить сам обоз! И прежде всего для того, чтобы вывезти его ценное содержимое!

Надо заметить, что для этого у них имелись все возможности. Ведь всадники той поры (все как один) имели специальные перемётные мешки, в которые они запросто могли погрузить до 50 кг. груза! Кроме всего прочего, банде досталось не менее сорока крепких лошадей, на каждую из которых (если вести их на поводу) можно было легко навьючить до 100 кг. груза! Получается так, что всё содержимое обоза без особых проблем были способны перевезти в любом направлении всего 50 – 60 всадников. Почему же не перевезли ничего? Почему народная молва утверждает, что сокровища были именно спрятаны где-то поблизости от места самого налёта?

Ответ может быть следующим — перегрузка монет в мешки не могла занять много времени. Сбивай с сундуков замки топорами, да греби золото и серебро прямо руками – никаких проблем! Со стороны Кулебак стоит надёжный заслон, мост над речкой Шилокшей горит, т.е. опасаться совершенно нечего. Погрузили монеты в мешки за какие-то полчаса и всё, ищи ветра в поле! К югу от тракта на полсотни вёрст тянутся глухие леса, в которых сто лет можно искать нападавших, всё равно никого не найдёшь!

Но, по легенде всё происходило совсем не так. Вроде как заполучив желаемое богатство, наши удачливые налётчики для чего-то немедленно закапывают свою добычу и организованной колонной отступают туда, где их легче всего окружить и изловить, т.е. к реке Оке.

Однако есть один вариант развития событий, когда подобное было бы вполне возможно. Этот вариант состоит в том, что захватив вожделенный обоз, «казаки» обнаруживают, что на самом деле в сундуках лежат (например) камни, слегка прикрытые сверху медными копейками (для соответствующего звона). Вот тогда линия их поведения и должна была поменяться самым радикальным образом. Поняв, что они нарвались на подставу, атаманы конечно же бросили бесполезные сундуки с распряжёнными тройками прямо на дороге (ведь в Кулебаках данный обоз не появлялся ни в каком виде). После чего им следовало не прятаться по лесам и урочищам, а на рысях мчаться именно к реке Оке. Для чего же? А только для того, чтобы организованной и представляющей определённую силу ватагой поскорее переправиться на её левый берег. Почему туда? Тоже понятно. Правый берег сплошь зарос диким лесом, и передвигаться по нему быстро не получится при всём желании. Но левый представляет собой открытую равнину, по которой легко достичь прочно занятого пугачёвцами города Касимова.

Постепенно становится очевидным, что оренбургский губернатор Рейнсдорн не стал собирать и отправлять действительно крупные денежные суммы в заранее обречённое путешествие по взбаламученной, охваченной волнениями стране. Он всё мало-мальски ценное тщательно спрятал в самом Оренбурге, без шума и пыли. А шум и пыль поднял в совсем другом месте, поспособствовав не только сохранению городской казны, но и разгрому наиболее опасных банд грабителей. Вот именно за это он и получил орден из рук самой Императрицы, был ею обласкан и возвеличен!

Исходя из данной теории становится понятным, почему вроде бы как исчезнувшие деньги не нашли сразу после разгрома отрядов Суюля и Савоя. Да разве не могли солдаты взять во время боя нескольких пленных или легкораненых бандитов и допросить их с пристрастием? Могли! И взяли наверняка! Только смысла их допрашивать не было – поскольку и денег-то ими вроде как похищенных и закопанных тоже не было! Естественно не было смысла данные ценности впоследствии и разыскивать.

Да, впоследствии данная история в рассказах местных жителей всплывала и не раз. И вдохновлённые этими рассказами всё новые и новые поколения кладоискателей отправлялись на поиски мифического злата и серебра. По рассказам местных жителей имел место тот факт, что во время голода в Поволжье приезжала специальная комиссия и производила опросы местного населения. Правильно, приезжала и производила. А как же иначе? Ведь властям нужно было как-то выправлять дела в сильно пошатнувшемся народном хозяйстве области! За счёт чего? Конечно же, в первую очередь вытаскиваются из пронафталиненных сундуков подобного рода истории. Ведь каждый чиновник воображает себе, что уж он-то с его административным опытом точно обнаружит так и не найденное «бездарными» царскими генералами сокровища!

Ведь очевидно же, что задача про «12 троек», оказалась вовсе не так проста, как можно было подумать с первого взгляда. И если версия о том, что данный обоз перевозил некие денежные средства из окружённого пугачёвцами Оренбурга, оказалась малоубедительной и недоказуемой, то это означало только одно – следовало искать какую-то иную версию. Ведь известно достоверно, обоз был! Мало того, было и нападение на него! Следовало непременно узнать, что же именно везли наши «тройки», раз на их перехват вышли сразу две шайки, возглавляемые бывалыми атаманами. И очень хотелось выяснить, почему успешно захватив вожделенную добычу, они так ничего себе не взяли?

Давайте для начала обратимся к документам, найденным в Давыдовском монастыре. Там прямо говорится о том, что данный обоз перевозил именно золото и серебро. И тут в голове любого опытного поисковика мигом возникает законный вопрос: – Откуда сами-то монахи об этом узнали? Их что, об этом кто-то специально предупредил? А если предупредил, то совершенно непонятно с какой целью? Вряд ли из самого Оренбурга, находящегося за сотни вёрст от монастыря был послан специальный вестовой, который ночей не спал, скача по осенней распутице с одной лишь целью – срочно предупредить заскучавшую православную братию о том, что идёт долгожданный обоз с почти ничейным серебром и золотишком. Мол, будьте готовы ребята, не пропустите такой редкостный случай!

Разумеется, подобное предположение больше смахивает на бред сивой кобылы. Зачем кому-то предупреждать обитателей Бог знает где расположенного монастыря о графике продвижения казённого обоза? Но тогда почему тогда монахи были уверены в том, что он везёт именно золото и серебро? Только оттого, что на него напали грабители? Не слишком убедительно. Этот вопрос долго не давал мне покоя. Но в один прекрасный момент меня словно осенило.

– А ведь монахов никто и ни о чём не предупреждал! – сказал я сам себе. И догадывались они о содержимом захваченного обоза лишь только потому, что подобные конвои передвигались по данному тракту регулярно! Да, да, господа, именно регулярно! И ничего странного или необычного в этом факте не было. Представьте себе, что по переулку, в котором вы живёте, каждый день проезжает трейлер с молоком. Ровно в 8.20 громыхающий и источающий струю несгоревшей солярки автомобилище появляется из-за угла и, распугивая зазевавшихся голубей, уверенно проносится под вашими окнами. Да, какое-то время вы будете возмущаться, а затем привыкните и будете не только приветствовать кивком головы почти знакомого водителя, но и сверять по нему свои часы.

Пусть не каждый день, пусть не раз в месяц, пусть только раз в квартал, но тяжелогруженые конвои из Оренбурга двигались по данной дороге регулярно! Их возницы и охрана (на самом деле немногочисленная) должны были где-то останавливаться на ночлег. Кормить и перепрягать лошадей, подкрепляться самим, как-то приводить себя в порядок. Естественно, они так или иначе общались с населением, живущим вдоль тракта: покупали провизию, пили колодезную воду, обменивались новостями и байками со встречными-поперечными, а как же иначе? Вот из такого-то обмена и возникло некое «знание» о том, что именно везут на собранных в караваны тройках. Совсем неудивительно, что слух о некоем казённом «золоте и серебре» постепенно распространился по всей округе и достиг монастырских келий.

Но давайте отложим в сторону меркантильные интересы обывателей и подумаем о том, какие именно ценности они могли везти из Оренбурга в Москву на монетный двор. Здесь нужно заметить, что именно московский монетный двор выполнял довольно широкий круг задач, связанный с денежным обращением в российском государстве. В частности именно он нёс основную нагрузку по утилизации сильно истёртых и пришедших в полную негодность медных монет. Все эти сотни тонн пятаков, копеек, полушек и грошевиков из-за низкой механической прочности красной меди не могли долго служить в денежном обороте. Следовательно, в центре любой российской провинции существовал некий центр по сбору, первичной обработке и отправке этого специфического медного лома на вторичную переработку.

Кроме того не следует забывать о том, что именно в окрестностях Оренбурга работало достаточно много карьеров и заводов по добыче и выплавке меди. Медь – основа денежного производства наличной монеты во время правления Екатерины II! А раз так, то данную продукцию нужно было время от времени переправлять именно в Москву, где её день и ночь перерабатывали на всё новые и новые груды пятаков, копеек и полушек.

Так что, с почти стопроцентной вероятностью можно утверждать, что тяжелогруженые тройки, подвергшиеся нападению осенью 1773 года на тракте между Арзамасом и Муромом, везли по большей части вовсе не злато-серебро, а тривиальную медь (причём зачастую это были именно б.у. разменные деньги). Такое утверждение даёт нам ответ разу на все оставшиеся без ответов вопросы.

Что нам даёт подобное объяснение? Прежде всего, мы с вами теперь ясно понимаем, почему регулярно отправляемые обозы ранее не подвергались подобным атакам. Местные грабители прекрасно знали, что именно везут подобные караваны, и даже не пытались их захватить. Зачем? Использовать крайне малоценную поклажу для личного обогащения у них не было никаких шансов. Иное дело залётные шайки, которые на волне народных выступлений были вынесены далеко за пределы своего обычного района пребывания. Случайно услышав в новых для себя местах расхожую байку о некоем «золотом» обозе, они без раздумий и дополнительных уточнений решили осуществить нападение, рассчитывая легко «срубить деньжат».

Срубить то они их срубили, но воспользоваться вышедшими из употребления «деньжатами» было совершенно невозможно. Именно поэтому вроде как ценная добыча оказалась брошенной прямо на месте её захвата. Хотя здесь могут быть разные варианты. Медный лом и полуфабрикаты налётчики могли (со злости) просто выбросить в речку или отвезти к ближайшему озерку. Но может быть, что ещё проще, они вытряхнули сундуки в ранее разрабатывавшиеся небольшие шахты, которые располагались буквально в двух шагах от места нападения. Зачем они это сделали? А по известному принципу, выраженному в нетленной фразе: «Так не доставайся же ты никому!»

Вся эта история с ограблением послужила причиной расправы в начале 1775 года, одновременно с поимкой и казнью Пугачева, над оставшимися в муромских лесах приспешниками. По всей дороге, ведущей из села Давыдова в Муром, на протяжении 35 верст, в лесу были расставлены постоянно обитавшие там пикеты вооруженных казаков. А вскоре отряд регулярных войск под командованием полковника Дрейвица, прибывший из Мурома, почти возле самого села Давыдова настиг и ватагу «пугачевцев», возглавляемую Суюлем и Савоем. Произошла жестокая битва; по свидетельству предания, вся окрестность была обагрена кровью убитых, тела которых предоставлялись на съедение зверям. В конце концов, почти все «пугачевцы» были уничтожены, пикеты на дорогах сняты, Но спокойствие еще не скоро восстановилось в этих краях. Следы страшного, кровавого бунта долго напоминали о мятежниках. Разрозненные группы бунтовщиков свирепствовали, терроризируя местное население, проживавшее в селе Давыдово, деревнях Сережа, Березовка, Замчаловка, Горицы, Валтово, Натальино и многих других.

Разбойники уводили лошадей, резали скот, разоряли ульи, отнимали одежду и обувь, обижали жен и детей, а тех кто пытался защищаться, мучили и убивали. Много людей было взято в плен, завербовано в разбойничьи шайки под всякими угрозами.. Но многие еще долго и после этого не осмеливались далеко углубляться в лесные чащи и чаще всего обходили стороной озеро Кутюрево, считавшееся с тех пор «нечистым». Стерегущие лошадей в ночном нередко рассказывали о случавшихся с ними приключениях: им слышались стрельба и разговоры на непонятных языках, треск и падение срубаемых деревьев. Разговорам и легендам о разбойниках не было конца..."

 

Источники:

А. Г. Косарев. 240 лет роковой тайны / А. Г. Косарев // Заметки кладоискателя Выпуск №15 /А. Г. Косарев.— ISBN 978-5-4483-9631-1

http://vostrilov.name

http://www.uralstalker.com/uarch/us/2018/08/8

 

Материал подготовил Андрей Маскаев, 2018 г.

ЦМА

Вход через соцсети