Революция

Городские легенды: Василий Юдин

- С детства стоял я за справедливость, верховодил среди ребят, не допускал, чтоб обижали маленьких и слабых. Силёнка у меня была, да и на кулаках драться умел, отстаивая правду…

 

Мирный труд мирных людей должен охраняться как от врага внешнего, так и от врага внутреннего. В предвоенные годы по лесам пряталось ещё огромное количество «лихих людей» – те просто бандитствовали по большим дорогам, грабя крестьянские обозы и нападая на продовольственные склады. Убийства были не редкостью.

Насколько успешно действовали правоохранительные органы в то время в других районах области трудно сказать, но мы точно знаем, что в районе Кулебакском поддерживал порядок и противостоял бандитам поистине легендарный «энкавэдэшник», кавалер орденов Ленина, Трудового Красного Знамени, двух орденов Красной Звезды Василий Сергеевич Юдин.

В средине 70-х годов прошлого уже века в каком-то интервью он рассказал о себе следующее:
«Родился в 1904 году в деревне Шпага Ардатовского уезда Нижегородской губернии в беднейшей крестьянской семье. Восьми лет отдали меня в подпаски и пять лет пас я коров. А вот грамоте учить меня, видимо, забыли. С детства стоял я за справедливость, верховодил среди ребят, не допускал, чтоб обижали маленьких и слабых. Силёнка у меня была, да и на кулаках драться умел, отстаивая правду.

В 1918 году прибыл в Кулебаки, работал на заводе в цехе №2, затем на Лесозаводе. В 1927 году был призван в армию – в Арзамасскую территориальную часть, 51 стрелковый полк. За любовь к животным, смекалку и выносливость был отдан на обучение верховой езде на лошадях. По возвращению из армии со мной встретился комендант охраны Горного завода и предложил работать у него. Я сначала отказывался по причине неграмотности, но потом согласился. 18 октября стал милиционером и год проработал в заводской милиции.

Но я хотел быть сыщиком и поэтому в свободное от работы время начал ездить вместе с работниками уголовного розыска на всевозможные операции, помогая им во время обысков, учился приёмам обезоруживания преступников. Учился и в школе ликбеза. Всем тонкостям работы в уголовном розыске меня обучал начальник волостной милиции Горбунов Евдоким Петрович. Вскоре перевели меня в уголовный розыск.

Стали поручать мне более сложные дела, особенно по розыску преступников. Уж очень я любил маскироваться, переодеваться, приклеивать усы и бороду. Здорово это у меня получалось. Другой раз близкие друзья не узнавали, проходили мимо. Я только радовался этому. Глухонемым притворялся, стариком милостыньку собирал, по деревням шатаючись. Вот только женщиной никогда не наряжался, это всё придумали досужие люди. Не считался ни со здоровьем, ни со временем. Иногда по нескольку ночей не спал, а если и приходилось ночевать, то и могильными склепами не брезговал. В копнах сена ночевал…»

В 1932 году Василий Сергеевич был направлен в город Горький на шестимесячные курсы среднего начсостава милиции, по возвращении с которых он был назначен участковым уполномоченным города Кулебаки. В мае 1934 года за поимку бандитов, учинявших грабежи на Дубовской дороге в районе с. Пушлей, райисполком наградил его самоваром, а областное управление ОГПУ вручило именной револьвер системы Коровина. На счету В.С. Юдина десятки, может быть сотни задержаний преступников.

 

СВОЙ СРЕДИ СВОИХ, ЧУЖОЙ СРЕДИ ЧУЖИХ

Вот один из случаев его незаурядной сыщицкой смекалки, описанный И. Шарыгиным:

«…Давно уже рассвело, а они всё ещё сидели, проклиная в душе хлеставший всю ночь дождь да так и не пришедшего на мельницу Володьку Баркина. В стороне шумно вздыхали лошади, пережёвывая отменный овёс, который насыпал в кормушки мельник. Хотелось курить.
- Снимай, Василий, засаду, не придёт, - уже в который раз повторял напарник Юдина, молодой уполномоченный из областного отдела по борьбе с бандитизмом. – Пойдём в село.

Василий Юдин встал, потянулся так, что хрустнули суставы, вышел наружу. Холодный ветер рванул полу намокшей шинели.
И в этот момент он увидел Баркина. Тот шёл по берегу Тёши, осторожно поглядывая по сторонам. Но вот он увидел Юдина, круто повернулся и побежал по песку. Кинувшись к лошади, Василий Сергеевич рванул из кобуры наган и, крикнув уполномоченному, чтобы тот отрезал дорогу к селу, бросился вслед за бандитом.

У самой воды лошадь, заартачившись, бросилась в сторону. Не раздумывая, Юдин прямо из седла прыгнул в реку. Быстрое течение подхватило его, закружило, потянуло на дно. Тяжёлая шинель сковывала движения. Он судорожно хватанул широко раскрытым ртом воздух, пытаясь выбиться из стремнины, и ушёл с головой под воду. Баркин, оглянувшись, усмехнулся, махнул прощально рукой и скрылся в густом ельнике.
Спасли Юдина случайно оказавшиеся в этом месте рыбаки. Сидя у костра и выливая из сапог воду, он смачно ругался. От брошенной рядом с костром шинели валил пар. Лошадь как ни в чём не бывало пощипывала траву и косилась на хозяина.

- Один поймаю, - доказывал на другой день своему начальству Василий Сергеевич. – Всё лето в лесу проживу, а поймаю.

Вскоре в Гремячеве появился пожилой мужичок с бородкой. Рваный картуз, лапти и незавидный пиджачишко ничем не выделяли его из среды сельчан. По ночам мужичок часто куда-то исчезал и появлялся через два-три дня усталый и голодный. Ложась спать, сдёргивал надоедливую бородёнку и с удовольствием растягивался на топчане. О том, что это Василий Юдин, знали немногие…

Заколосились хлеба. Травы вымахали в пояс. По утрам обильная роса прожигала всё тело насквозь. Хотелось всё бросить, уехать в Кулебаки, всласть выспаться. Но Василий Сергеевич знал, что Баркин кружит где-то недалеко. Несколько дней назад он ограбил и чуть не застрелил сельского учителя.

Однажды на рассвете они встретились на глухой просеке. Юдин первым успел выхватить наган.
- Конец, Володька, хватит, походил по воле, - прохрипел он. – Руки подними.
Баркин зло глянул на Юдина, хищно ощерился. Его сильная, крепкая и высокая фигура вырисовывалась в предутреннем тумане. Он нехотя стал поднимать руки и вдруг сделал отчаянный прыжок в сторону. Грохнул выстрел. Пуля тонко взвизгнула, уйдя в вышину. Василий выстрелил снова. Навстречу полыхнула вспышка ответного выстрела. И когда в барабане нагана остался один патрон, Василий увидел, как ткнулся в землю Баркин.
- Говорил же тебе - не бегай, - ворчал Юдин, разрывая исподнюю рубаху и перевязывая бандита. – Теперь вот мучайся с тобой…»

 

ВАСЬКА ЮДИН ИДЁТ!

Однако, если спросить любого кулебакского старожила о Василии Юдине, то в первую очередь вам расскажут не о его схватках с уголовниками и даже не о возможной его причастности к преследованию местных служителей православного культа, а о том, как он один был в состоянии наводить в городе порядок.

Вот воспоминания ветерана труда КЗМК В.А. Куратова:

«…В семье я был старшим из детей, и меня всегда посылали за хлебом – сначала его выдавали по карточкам. Мы жили на улице Серова, ближайший магазин был так называемый Курмыш, что на улице 1 Мая. По карточкам на семью в день полагалось выдавать неполную буханку, так что продавец тётя Варя (до сих пор помню как её звали) отрезала солидный кусок, клала на весы, затем добавляла маленькими кусочками до положенных 1кг.400гр. Пока придёшь домой, понятное дело, этих кусочков уже не будет.

В 1947 году карточки отменили, хлеб стали продавать цельной буханкой, но одну в руки. Очереди за хлебом были огромные. Как бы я рано не приходил к магазину, всё равно окажешься в девятом десятке, начало очереди всегда занимали местные, курмышские. Причём, один человек занимал очередь сразу для нескольких знакомых, и к открытию магазина очередь разбухала втрое, если не больше, и нам хлеба часто не доставалось.

 

 judin1

 

Я приспособился ходить за хлебом в «ударный», так назывался магазин рядом с бывшей школой №7. Там хоть народа было не меньше, но очередь была более организованной, соблюдался сносный порядок, да и хлеба завозилось больше. Там я был свидетелем как наш легендарный милиционер Василий Юдин этот порядок наводил. Стояла большая очередь в четыре ряда. Магазин ещё не открыли, а на его крыльце уже толкотня, очередь нарушается, шум-гам, ругательства отборные, даже плач. И тут по всей очереди мгновенно проносится новость – Васька Юдин идёт!

Василий подходит к самой середине очереди и начинает сдавать её назад – до тех пор, пока на крыльце все не встали в один ряд. Затем он смещает и всех с крыльца и заводит туда самый конец очереди, после чего начинает запускать в магазин примерно по 20 человек. Для меня тогда это было весёлое зрелище. Те, кто больше всех толкался и рвался вперёд, оказывались последними…»

Эта сцена – как Василий Юдин организовывал порядок в городских очередях – врезалась в память кулебачанам особенно глубоко. И стала практически легендой.

Сергей Колобаев