Меню

В ОЖИДАНИИ ЧУДА

Это интересно

В конце 80-х (кошмар - прошлого уже века!), будучи ещё в допризывном возрасте, мы решили с другом Андреем съездить искупаться в лесном озере Дерганово...

 

       Андрей предложил добраться до места отдыха на его одиночном мотоцикле марки «Восход». Набив рюкзаки закусками и положив туда же бутылочку «Пшеничной», мы двинулись в путь, радуясь превосходной погоде. В лесу мы некоторое время петляли по живописным песчаным тропинкам, подпрыгивая на корневищах сосен-гигантов, распугивали мелкую живность тарахтением мотора и отгоняли от себя привычных в столь жаркую погоду настырных оводов.

       Как вдруг дорога оборвалась в известной всем аборигенам огромной луже, разлившейся по всей округе и превратившей весь близлежащий лес в одно грязное болото. Ни обойти, ни объехать это болото было невозможно.

       - Тьфу ты – приехали! – остановился Андрей, пытаясь найти хоть какую-то сухую тропку.

      Я спрыгнул с мотоцикла и предложил:

      - Давай я сам переберусь на тот берег, а ты попробуешь проскочить на скорости…

       Андрей долго газовал на месте, курсируя недоверчивым взглядом между мною и болотом.

       - Ну, давай… - решился наконец он.

       Я первым осторожно двинулся в путь. Прыгая с кочки на кочку, я благополучно добрался до середины препятствия, после чего поскользнулся, упал и встал уже совсем другим человеком.

       - Я не узнаю вас в гриме! – не замедлил сострить приятель. – Ах, да – Иннокентий Смоктуновский!

       - Езжай уже! – огрызнулся я и смело зашлепал по грязюке, терять мне было уже нечего.

       Андрей, как и положено в таких случаях, отъехал немного для разгона назад, развернулся и не менее отважно направил «Восход» в самую гущу событий. Уже через пару метров заднее колесо мотоцикла завиляло, как хвост голодного Бобика, которому показали батон колбасы. А ещё через пару метров ретивый железный конь сбросил-таки с себя седока, зарывшись в болотной тине. Самой потешной была реакция Андрея. Он так быстро стал снова забираться на мотоцикл, словно он уже не был с головы до ног вымазан в черно-бурой жиже и все ещё боялся испачкаться. Затем всё повторилось трижды.

       - Уважаю! – похвалил я. – Твой товарищ немного испачкался, и в знак солидарности ты решил вывозиться в грязи целиком.

        Наконец. приехали. Прежде чем вытаскивать закуски и даже прежде чем разводить костер, мы скинули с себя грязную одежду, выстирали ее и повесили сушиться. Мотоцикл тоже подвергся капитальной чистке. Только после этого мы искупались сами, запалили огонь и разложили походную скатерть-самобранку.

       Мы быстро забыли все свои тревоги и печали, вдоволь накупались и собираться домой стали лишь затемно. То ли водка тогда была настоящая, то ли мы были ещё молодыми, но пол-литра нам хватило, чтобы мы дошли до уровня «Под крылом самолета о чём-то поёт…»

      Не помню под эту песню, или под какую другую, мы с Андреем взобрались на чистенький «Восход» и покатили обратно. Ехали с ковбойскими криками, ныряли в чёрные ямы дорожных провалов, освещаемых затем фарой; взбирались на крутые подъемы, затем снова устремлялись, как на доли секунды казалось, в бездну – калейдоскоп картин ночного леса мчался нам на встречу с вдохновляющей быстротой.

       Уже на асфальте Тёшинского моста Андрей резко затормозил.

       - Ты чего? – насторожился я, едва не влетев рулевому на загорки.

       - Как мы проехали болото?!! – возопил тот, разглядывая мотоцикл и собственные ноги.

       Никаких следов грязи. Я слез с сидения и обошёл мотоцикл по периметру, также стараясь обнаружить какие-то следы форсирования той грязевой лохани, в которой так здорово вымазались накануне.

       - Ты чего-нибудь понимаешь? – Андрей был шокирован. – Лично я не помню, чтобы по дороге назад мы проезжали хоть какое-то болото… - Выпимши, ночью… Господи!

       Я до сих пор не знаю, каким образом мы миновали то дорожное препятствие. Если бы это было банальное бесстрашие, позволившее уверенно провести мотоцикл по болотной жиже, то и в этом случае нас неминуемо окатило бы грязью. Хотя бы обувь испачкали. Высохнуть болото за несколько часов тоже не могло. Натяжка, попытка навести тень на плетень? А, может, изменение сознания, а вместе с ним - реальности?

       Уверен в одном - находясь в режиме постоянного ожидания чуда, мы постоянно игнорируем чудеса.

 

       Сергей Колобаев